Джейкобус Нил: «В селекции к новому сезону будем делать акцент на больших нападающих»

Джейкобус Нил: «В селекции к новому сезону будем делать акцент на больших нападающих»

Южноафриканский наставник казанской «Стрелы» поделился впечатлениями о минувшем сезоне и рассказал о планах на будущее.

Как вам поступило приглашение возглавить «Стрелу»?

— Впервые в России я был месяца за два до переезда в Казань, когда побывал в Краснодаре со сборной Намибии, которую на тот момент тренировал. Что касается Казани, то я даже не знал, где находится этот город. Если говорить о ЮАР, то мы там наслышаны только о таких городах, как Москва и Санкт-Петербург. За прошедший сезон я много поездил по России, и из того, что я видел, именно Казань представляется лучшим городом. Пожив здесь, я могу сказать, что остался доволен, здесь даже больше, чем то, на что я рассчитывал. Сейчас я буду работать по селекции клуба, и то, что я увидел, поможет мне убедить потенциальных новичков. Поскольку в других российских командах есть легионеры, которым многое нравится, но сами города не совсем устраивают.

С каким городом вы сравнили бы Казань, рассказывая о ней соотечественникам?

— Знаете, сравнивая города, я бы сказал, что ваш Сочи, который в ЮАР также знают, похож на наш Дурбан. Москва — как наш крупнейший город Йоханнесбург или столица страны Претория, Краснодар — это Кейптаун. Что касается Казани, то похожие города есть на восточном побережье ЮАР, такие как Джордж, Порт-Элизабет. А вот Красноярск я бы сравнил с нашим Фри-Стейт, но только в летний период. Мне легко так говорить, потому что мы уже вели переговоры с потенциальными новичками нашей команды, которые живут в разных провинциях ЮАР, и я им рассказывал о схожести России и Южноафриканской республики. Честно признался, что зимой им будет тяжеловато, поскольку у нас не бывает ни снега, ни минусовой температуры. Правда, местные условия не сказываются на тренировочном процессе, поскольку зимой мы занимаемся в манеже. А уже с апреля-мая новички будут чувствовать себя как дома. Лично мне здесь очень нравятся парковые зоны, где мы гуляем с семьей: у нас с женой две девочки, одной из которых 3,5 года, а другой полтора. Есть еще сложившийся стереотип о России, что здесь угрюмые люди, но, по-моему, это заблуждение. Я тренировал в Японии, могу сравнивать и скажу, что здесь очень дружелюбно относятся к иностранцам.

На чемпионате мира в Японии выступал воспитанник казанского регби Герман Давыдов. Что можете сказать о нем?

— На мой взгляд, он входит в топ-3 российского регби, обладая талантом и способностями в такой степени, что их надо реализовывать в сильном европейском чемпионате. Ради того, чтобы он играл за нас, вернувшись в родной город, я мог бы продать свою почку, но, боюсь, и этого не хватит. В любом случае мы постараемся вернуть его в команду родного города. Но для того, чтобы делать такие предложения, надо зарекомендовать себя в элите российского регби.

Понятно, что с почкой это шутка, но неужели цены настолько высоки?

— Да, это особенно заметно с приходом в руководство федерации регби России Игоря Артемьева (глава ФАС России, — прим. ред.). Сейчас все клубы страны развиваются, имея возможность подписывать в свои составы и сильных легионеров, и удерживать своих регбистов от массового отъезда за рубеж.

Ваши впечатления от сезона?

— Самым большим разочарованием стало то, что мы заняли третье место. Перед этим мы проделали огромный объем работы, но в итоге не получили той отдачи, на которую рассчитывали. Когда я подводил на встрече с командой итоги сезона, то отметил, что мы с января проделали очень долгий путь, очень усердно работали, проиграв только одну игру в сезоне. И это помешало нам добиться главной цели — выиграть чемпионат. Хотя я понимаю, что по факту соперник был лучше нас, моложе, мастеровитее, и это стало для нас уроком, выводы из которого мы сделаем, готовясь к следующему сезону.

Что касается регби в целом в России, то нынешний его уровень напоминает тот, что был у нас в ЮАР лет 10—15 назад. Необходимы большие, крупные игроки в реализации, что дает больше возможностей в игре. Мы это понимаем, делаем выводы, и в селекции к новому сезону будем делать акцент на больших нападающих. Это станет фундаментом для построения новой команды. Надеюсь, что в Казани найдется много мяса, чтобы прокормить наших крупных новичков (улыбается).

Российских?

— Как российских, так и на легионерских позициях, поскольку лимит в Суперлиге такой, что в заявке можно держать восемь человек, из них пять одновременно могут находиться на поле. В этом отношении мы будем ориентироваться на африканский рынок, конкретно, ЮАР, который по соотношению «цена-качество» является наиболее оптимальным для нынешнего регби. Из стран бывшего СССР регби неплохо развито в Грузии, но тамошние игроки, на наш взгляд, дороговаты.
Занятое вами место оказалось в целом не таким уж и важным, учитывая, что цель сезона — пробиться в Премьер-лигу — была выполнена.

Если говорить о единственном нашем поражении в полуфинале высшей лиги, то мы разобрали все игры «Енисея-2», но для нас стало большим сюрпризом, что красноярцы воспользовались правилом в регламенте и спустили на матч с нашей командой порядка восьми игроков из основного состава. Да, они молодые, но надо понимать, что это сильнейшая молодежь в масштабах российского регби. Это был совершенно другой уровень по сравнению с тем, к которому мы были готовы. У нас по сезону не было подобных конкурентов. Несмотря на случившееся, наша команда достойно противостояла красноярцам, проиграв с разницей всего в два очка.

Регламент соревнований не предусматривает выступление в Премьер-лиге сразу двух составов одной команды, отсюда вопрос: зачем эта рокировка была необходима «Енисею»?

— Мне кажется, что этому есть объяснение в том плане, что нашу команду восприняли настороженно. Кто мы, как появились только год назад, и уже так громко о себе заявили? Поскольку уже на финальную игру с ЦСКА пять ребят из этой импровизированной «группы поддержки» покинули «Енисей-2», улетев в расположение основной команды. И четверо из этих пяти затем играли за основу «Енисея» в финале Кубка. С моральной точки зрения это приятно, значит, нас оценили настолько, что усилились. Что касается нас, то мы выиграли матч за третье место, и в целом можно резюмировать, что выжали из имеющегося состава 150 процентов. Тем не менее мы оформили переход в Премьер-лигу, поскольку дубли, как вы заметили, не имеют права играть в одном чемпионате с основой. И мы знали об этом правиле уже на тот момент, когда вышли в «Финал четырех».

Джей Пи, как, собственно, вы пришли в регби?

— Я в него играю с пяти лет. В моем родном Кейптауне была сильнейшая команда «Штромерз», а потом я перешел в «Блю Буллз» из Претории, куда меня пригласили в 17 лет, и провел там 10 лет. За время карьеры дважды выигрывал чемпионат Суперрегби, это вариант футбольной Лиги чемпионов, но там играют не только африканские команды, а еще и команды с австралийского континента. Затем поехал в Японию, поиграв четыре года, вернулся домой, поиграл еще пару лет и закончил из-за травмы колена. Для регби это было достаточно раннее завершение карьеры. После этого переехал тренером в Намибию, для ЮАР это соседняя страна, это как Россия и Белоруссия — один язык, практически одна культура. В Намибии работал в сборной, но не главным, а конкретно по линии обороны. Уже оттуда перебрался в Казань.

Понятно, что ваши предки перебрались в ЮАР из Европы, а конкретно откуда?

— Сложно сказать. Это было настолько давно, что никто уже не помнит. Мне кажется, они были голландцами.

В этом году исполняется 25 лет, как ЮАР отказалась от политики апартеида. Что изменилось в стране?

— Это очень скользкая тема для разговора. Я был молодым, когда закончилась политика апартеида. Мне кажется, что темнокожие граждане постарались ускорить все процессы, связанные с отказом от политики апартеида и расовой сегрегации, и это правильно: все должны иметь равные возможности, они не должны зависеть от цвета кожи. Но, на мой взгляд, не все оказались готовы к представлению этих равных возможностей. Сейчас видно, что многие нововведения не работают. И это одна из причин того, что наша страна находится в упадке. Это касается наших мощнейших ранее компаний — по отделке драгоценностей, электроэнергетических, все они пришли к банкротству. Сейчас очень высокий процент коррупции.

А что конкретно не работает из нововведений?

— Люди, которые быстро взлетели по иерархической лестнице в связи с произошедшими переменами, думают о своем личном кармане больше, чем о государственном. У нас сейчас ситуация, которую можно охарактеризовать как белый расизм. К примеру, сборная по регби, где основа всегда была из белых просто потому, что они сильнее, обязательно должна формироваться на основе цветных, которых должно быть не меньше 60 процентов от общего состава. Я бы не возражал, если это касается футбола, там всегда цветные были сильнее, но в регби все не так. И сами спортсмены очень не любят такие ситуации, когда другие игроки выступают не потому, что они сильнее, а потому, что так нужно по лимиту.

Если кто-то хочет открыть свой бизнес, то у него обязательно должен быть темнокожий партнер. Иначе фирмы просто не будет. При этом очень тяжело найти работу, из-за чего многие белые, но уже коренные южноафриканцы, покидают страну навсегда.

Для меня это очень прискорбно, поскольку моя родина — это одна из самых красивейших стран в мире. Я бы очень хотел, чтобы игроки нашей команды смогли съездить в ЮАР, чтобы увидеть ее своими глазами.

ЮАР на спортивной карте мира знают, помимо регби, благодаря плаванию и легкой атлетике. Чем еще вы можете гордиться?

— Я могу согласиться с чем, что у нас отличные спортсмены в видах спорта, которые вы перечислили. Еще есть сильный крикет, о котором вы наверняка мало что слышали. Но у нас это очень популярный вид спорта, как и гольф.

Про ваших знаменитых пловцов трудно что-то добавить, помимо их успехов на водных дорожках. А вот легкоатлеты Оскар Писториус и Кастер Семеня, так или иначе, известны не только благодаря спорту.

Каково отношение в ЮАР к этим персонам?

— Писториус попал в жуткую историю из-за того, что, я думаю, у него были не только физические проблемы, то есть протезы вместо ног, но и психологические. Он очень быстро вырос из никому неизвестного человека в звезду мирового масштаба, но вместе с этой известностью и популярностью на него навалились психологические проблемы, из-за которых он начал принимать неправильные жизненные решения, связался не с теми людьми. Это чисто мой взгляд на его проблемы, из-за которых Оскар сейчас оказался за решеткой. И эта история типична не только для ЮАР, но и для всего мира — когда какие-то люди почему-то начинают ощущать себя избранными, неприкосновенными. Я слышал, что и в России были похожие случаи со звездами спорта.

Что касается Кастер Семеня, то это тоже скользкая тема. Сейчас она отстранена от участия в международных соревнований. Что касается нашей страны, то большая масса людей считает, что это несправедливо. Но люди, скажем так, более знакомые с этой темой, считают, что Семеня не совсем правильно была допущена к общим стартам с остальными женщинами.

Возвращаясь к популярным у нас видам спорта, есть еще нетбол, это игра напоминающая баскетбол, но играют в нее исключительно женщины. Само собой, популярен футбол, самые популярные клубы — «Кайзер Чифс» и «Орландо Пайретс».

Последние новости:

© 2021 - ЦПС - Центр проведения соревнований

x
Обратная связь